Неточные совпадения
Круглые воротнички его белой рубашки немилосердно подпирали ему уши и резали щеки, а накрахмаленные рукавчики закрывали всю руку вплоть до
красных и кривых пальцев, украшенных серебряными и золотыми
кольцами с незабудками из бирюзы.
От него сильно несло табаком и водкой; на
красных и толстых его пальцах, почти закрытых рукавами архалука, виднелись серебряные и тульские
кольца.
Самгин слушал изумленно, следя за игрой лица Елены. Подкрашенное лицо ее густо
покраснело, до того густо, что обнаружился слой пудры, шея тоже налилась кровью, и кровь, видимо, душила Елену, она нервно и странно дергала головой, пальцы рук ее, блестя камнями
колец, растягивали щипчики для сахара. Самгин никогда не видел ее до такой степени озлобленной, взволнованной и, сидя рядом с нею, согнулся, прятал голову свою в плечи, спрашивал себя...
— Не попа-ал! — взвыл он плачевным волчьим воем, барахтаясь в реке. Его
красная рубаха вздулась на спине уродливым пузырем, судорожно мелькала над водою деревяшка с высветленным железным
кольцом на конце ее, он фыркал, болтал головою, с волос головы и бороды разлетались стеклянные брызги, он хватался одной рукой за корму лодки, а кулаком другой отчаянно колотил по борту и вопил, стонал...
С телеги, из-под нового брезента, высунулась и просительно нищенски тряслась голая по плечо рука, окрашенная в синий и
красный цвета, на одном из ее пальцев светилось золотое
кольцо.
Перебирая их, он в нижнем ящике старой тетушкиной шифоньерки
красного дерева, с брюхом и бронзовыми
кольцами в львиных головах, нашел много писем и среди них карточку, представлявшую группу: Софью Ивановну, Марью Ивановну, его самого студентом и Катюшу — чистую, свежую, красивую и жизнерадостную.
На Сухаревке жулью в одиночку делать нечего. А сколько сортов всякого жулья! Взять хоть «играющих»: во всяком удобном уголку садятся прямо на мостовую трое-четверо и открывают игру в три карты — две черные, одна
красная. Надо угадать
красную. Или игра в ремешок: свертывается
кольцом ремешок, и надо гвоздем попасть так, чтобы гвоздь остался в ремешке. Но никогда никто не угадает
красной, и никогда гвоздь не остается в ремне. Ловкость рук поразительная.
Это самая веселая комната, освещенная темно-красным фонарем с потолка. По стенам — разные ископаемые курганные древности, целые плато старинных серег и
колец, оружие — начиная от каменного века — кольчуги, шлемы, бердыши, ятаганы.
Красное, загорелое лицо, пестрота костюма, беличий хвостик на головном уборе,
кольца и браслеты на руках делали этого дикаря похожим на краснокожего.
Он отодвинулся на шаг, и вдруг
красное пламя ослепило меня, обожгло мне пальцы, нос, брови; серый соленый дым заставил чихать и кашлять; слепой, испуганный, я топтался на месте, а солдаты, окружив меня плотным
кольцом, хохотали громко и весело.
Он наметил у стола биржевиков молодого брюнета с лицом, какие попадаются в магазинах белья и женских мод, в узких бакенбардах, с прической «капульчиком», в темно-красном шарфе, перехваченном матовым золотым
кольцом. Пиджак из английского шевиота сидел на нем гладко и выказывал его округленные, падающие, как у женщины, плечи.
Полковник пил вино. На столе стояли бутылки. Адъютант писал в большой тетради, а перед ним лежала груда золотых
колец, браслетов, часов, серебряных ложек. Входили казаки с
красными лицами и клали на стол драгоценности.
Уже несколько недель город был обложен тесным
кольцом врагов, закованных в железо; по ночам зажигались костры, и огонь смотрел из черной тьмы на стены города множеством
красных глаз — они пылали злорадно, и это подстерегающее горение вызывало в осажденном городе мрачные думы.
Первач сидел
красный, с возбужденными веками своих маслянистых и плутоватых глаз, весь в цветном.
Кольца на его правой руке блестели. Мизинцем он снимал пепел с папиросы и поводил смешливо глазами.
Руки царя были нежны, белы, теплы и красивы, как у женщины, но в них заключался такой избыток жизненной силы, что, налагая ладони на темя больных, царь исцелял головные боли, судороги, черную меланхолию и беснование. На указательном пальце левой руки носил Соломон гемму из кроваво-красного астерикса, извергавшего из себя шесть лучей жемчужного цвета. Много сотен лет было этому
кольцу, и на оборотной стороне его камня вырезана была надпись на языке древнего, исчезнувшего народа: «Все проходит».
Кричали, выли, сливая свои голоса со свистом и воем огня, и всё ближе надвигались на него, окружая
красную голову чёрным живым
кольцом, точно затягивая петлю на шее её.
Медведи, приготовленные для травли, также обыкновенно были принаряжены; поперек под брюхо шли на
красных ремнях нашитые бубенчики; ошейники с
кольцами, сквозь которые продевали ремни наборной сбруи, были бархатные с золочеными бляхами, а на тяжелых лапах зверей болтались серебряные колокольчики самого нежного звука.
Одет он был более чем роскошно. Сверх шелковой
красной сорочки на нем была надета серебряная кольчуга из
колец тончайшей работы, сгибавшаяся в мягкие складки.
Женихи вы мои, женихи,
красные рубашечки! Тяжел на головах ваших брачный венец и докрасна раскалено обручальное
кольцо, которым навеки сочетались вы с родимою землею. Простите меня, окаянного.
Фелицата Назаровна негромко и рассыпчато засмеялась, вскинула голову и подошла к нему. Сегодня ее волосы были причесаны вверх короной, увеличивая рост хозяйки; широкий
красный капот, браслеты и
кольца на руках, лязг связки ключей у пояса, мелкие, оскаленные зубы и насмешливо прищуренные глаза — всё это принудило дворника опустить и руки и голову.
Бережно собрали мы кости и положили их в ящик
красного дерева. Князь запер его и положил ключ в карман. Когда мы собирали смертные останки, нашли между ними брильянтовые серьги, золотое обручальное
кольцо, несколько проволок из китового уса, на которых кой-где уцелели лохмотья полуистлевшей шелковой материи. Серьги и
кольцо князь взял к себе.
— Ах, да… — вспомнила Ванда,
покраснела и подала выкресту рубль, вырученный ею за
кольцо с бирюзой.
Раздутая сопротивлением, оплодотворенная
красной кровью народа, дающей жизнь всему, на что она падет, — еще сильнее разрастется ересь и в гибких
кольцах своих задушит Анну, и власть, и всех его друзей.